Мадам Баттерфляй

Драма на берегах Японии: Пласидо Доминго и Мирелла Френи в пронзительной кинопостановке французского классика-эстета. Режиссура Жан-Пьера Поннеля в стиле 70-х, с оригинальной операторской работой, обладает удивительным очарованием: размытая картинка, сепия под старину, замедленные движения, студийная Япония. Перед нами не тщательно задокументированная история, но драма, будто подсмотренная и рассказанная вполголоса. Сцены появляются и исчезают, перетекая одна в другую, персонажи буквально и фигурально прорывают стены. Герои видений Чио-Чио-сан (Мирелла Френи) движутся подобно стилизованным фигурам театра кабуки. Ее сны — калейдоскоп образов: страстное воссоединение с Пинкертоном, сюрреалистичные видения Америки в лице Дядюшки Сэма и сама Баттерфляй, вопреки здравому смыслу одетая в западную одежду как зримое воплощение мечты об ассимиляции. Образы Поннеля глубоки и тревожны. Одной из любопытных черт фильма является своего рода реабилитация Пинкертона: режиссер переосмысливает его легкомыслие, и последующее раскаяние — и со сценическим обаянием Пласидо Доминго это сделать совсем нетрудно. Сдержанный, вдумчивый, по-восточному утонченный музыкальный шедевр подчеркивает дирижерская работа Герберта фон Караяна. Режиссера Жана-Пьера Поннеля (1932–1988) называли «ткачом волшебства, хранителем возвышенного, мастером хореографии, вольным художником» (The Wall Street Journal). Один из лучших режиссеров и художников-постановщиков XX века, Поннель был также первым значительным оперным режиссером, чьи работы в большинстве своем получили воплощение на киноэкране. В этой пронзительной и глубоко эмоциональной экранизации «Мадам Баттерфляй» режиссер сделал попытку использования чисто кинематографических средств, таких, как флешбэки, слоу-мо и внутренние монологи персонажей, где пение звучит за кадром. Звездный ансамбль певцов под руководством знаменитого Герберта фон Караяна возглавляют Мирелла Френи, Пласидо Доминго и Криста Людвиг.